мужчины и восемь женщин, на следующий день начался вызов свидетелей обвинения. Пятым по счёту свидетелем стала Норма Микс, уверенно опознавшая обвиняемых и обстоятельно рассказавшая о памятных ей событиях 2–4 сентября минувшего года.

22 апреля в зале заседаний появилась Этель Тэйлеффер. Продавщица дала блестящие показания, в деталях восстановив своё общение с покупателем сыра и опознав его в младшем из братьев. Адвокат не смог оспорить заявление свидетельницы, и с этого момента уже стало совершенно очевидно, что подсудимым не удастся избежать обвинительного вердикта. Свидетели защиты были очень аккуратны в выражениях, и утверждения об отъезде Граймсов из Калифорнии в последний день лета никто их них под присягой подтвердить не смог. Документальных же свидетельств отъезда в тот день [например, железнодорожных билетов] защита представить не смогла.

Во второй половине апреля 1939 года калифорнийская пресса ежедневно оповещала читателей о ходе судебного процесса в Юба-сити.

27 апреля жюри присяжных после сравнительно непродолжительного обсуждения — оно продлилось всего три часа! — единогласно проголосовало за обвинительный вердикт.

Оллен и Роберт Граймсы были приговорены к пожизненному заключению в тюрьме.

Разумеется, они подали апелляцию в Третью апелляционную палату Верховного суда штата. Надо сказать, что документ этот получился совершенно жалким как по форме, так и по содержанию, трудно отделаться от ощущения, что сочинявший его адвокат Норби вообще не имел юридического образования. Так, например, апеллянты жаловались на то, что прокуратура не стала искать доказательств наличия у них alibi. То есть краеугольный тезис состязательного процесса, гласящий «бремя доказывания лежит на заявителе», автору апелляции был явно неведом.

Не может не вызвать улыбки другой пункт апелляции, в котором сообщалось, будто главный обвинитель Лойд Хьюитт умышленно дискредитировал подсудимых, назвав их ворами, совершившими хищение в особо крупном размере. Прокурор имел в виду приговор, вынесенный по делу о продаже заложенных в банке 350 индеек. Как было сказано выше, уголовное законодательство Калифорнии тех лет подобные продажи заложенного имущества квалифицировало именно как «кражу», а не «обман доверия» («мошенничество»). Поэтому обвинитель, рассказав присяжным историю про залог индеек, и заявив, что братья были осуждены за хищение в крупном размере, выразился юридически корректно.

Поэтому отклонение апелляции, последовавшее 31 октября 1939 года и гласившее, что «каждый из обвиняемых был справедливо и беспристрастно судим и осуждён и апелляция признана необоснованной» («each of the defendants was fairly and impartailly tried and convicted and that the appeal was without merit»), следует признать совершенно справедливым.

Одна из газетных публикаций, оповестившая читателей об отклонении 31 октября 1939 года апелляции братьев Граймс на приговор окружного суда.

Итак, братья оказались в тюрьме, и притом без каких-либо шансов на снисхождение. Однако численность преступной группы по мнению правоохранительных органов была более двух человек. Искал ли кто-либо третьего участника? Безусловно! И главную роль в изобличении покуда неизвестного преступника должно было сыграть внутрикамерное осведомление, иначе говоря — оперативная работа среди тюремных заключённых.

Братья понимали, что им нельзя признавать вину и упоминать о существовании помощника — в этом случае они подтвердят точность юридической квалификации содеянного преступления и сделают собственное запирательство бессмысленным. Но тюремная жизнь устроена так, что совсем ничего не говорить о своём прошлом нельзя — это может вызвать подозрения в том, что под личиной заключённого внедрён сотрудник правоохранительных органов. А подобные подозрения крайне не полезны для сохранения здоровья, при их возникновении даже самые здоровые узники падают с лестниц, не просыпаются поутру и внезапно кончают жизнь самоубийством. Поэтому даже самые умные и осторожные заключённые что-то о себе обязательно рассказывают.

Братья Граймс также оказались вынуждены кое-что рассказывать о самих себе и том обвинении, из-за которого они оказались за решёткой. Разговоры эти были услышаны тюремными осведомителями, и к марту 1940 года ФБР стало известно о том, что в рассказах братьев постоянно фигурирует некий Артур МакМэйнс (Arthur R. McMains), их друг, помощник и, вообще, надёжный парень. Артуру уже исполнилось 29 лет, формально он зарабатывал на жизнь грузоперевозками, но какие в действительности проворачивал делишки — никто толком не знал. Проверка показала, что МакМэйнс по крайней мере один раз организовал передачу Роберту Граймсу в тюрьму небольшой суммы наличных денег, для чего привлёк в качестве посредника их общую знакомую. Сам же МакМэйнс в тюрьме благоразумно ни разу не появился.

Не совсем ясно было, где этого человека следует искать, но получилось так, что он сам привлёк к себе внимание. В магазине «El Centro», расположенном в городке Хотвиле, на территории округа Империал, на самом юге Калифорнии, он вручил продавцу необеспеченный чек. Последовало возбуждение уголовного дела и объявление в розыск, после чего на МакМэйнса быстро надели наручники в Лос-Анджелесе.

20 марта 1940 года его навестили в тюрьме сотрудники ФБР. Об этом в тот же день стало известно прессе, и в калифорнийских газетах появились сообщения, гласившие, что имя третьего похитителя Нормы Микс известно правоохранительным органам и этот человек уже находится за решёткой.

Одно из сообщений от 21 марта 1940 года, рассказавшее читателям об аресте третьего похитителя Нормы Микс.

Утечка в прессу была допущена не без дальнего прицела. Арест МакМэйнса было решено использовать для давления на братьев Граймс, дабы подтолкнуть их к сотрудничеству с правоохранительными органами. Дескать, смотрите, бедолаги, ваш дружок попался, и теперь вам следует успеть предать его первыми. И получить за этот мудрый поступок снисхождение!

Как вы думаете, затея эта сработала? Чтобы не мучить читателя, автор сразу сообщит правильный ответ — нет! — ожидания не оправдались. Граймсы не отступили от первоначальной линии поведения и не признали существование подельника. Точно так же повёл себя и МакМэйнс — он не дал против Граймсов показаний и отправился в тюрьму на два года по обвинению в подделке чека.

После вступления Соединённых Штатов во Вторую мировую войну — а произошло это 7 декабря 1941 года после нападения Японии на Пёрл-Харбор — Артур добровольцем пошёл в Вооружённые силы и всю войну отслужил артиллеристом-зенитчиком. Скончался МакМэйнс 1 апреля 1964 года в возрасте 53 лет.

Братья Граймс хотя и были осуждены на пожизненное заключение в тюрьме, всё же смогли выйти на свободу. Старший Оллен был освобождён ввиду тяжёлого заболевания, фактически уже будучи смертельно больным, отбыв в тюрьме чуть менее 19 лет. Он скончался 19 июня 1958 года в Луисвилле, штат Кентукки, от туберкулёза на 50-м году жизни.

Роберт также сумел освободиться из заключения. После отбытия 25-летнего срока он подал прошение об условно-досрочном освобождении и вышел на свободу. Скончался Роб 13 января 1976 года в возрасте 61 года.

Случившееся с Нормой Микс следует отнести к сравнительно немногочисленной категории похищений людей, закончившихся минимальным ущербом для потерпевших. Обычно истории похищений получали развязки